Когда вступает в силу договор страхования имущества

Действие договора страхования (срок, вступление в силу, пролонгация)

Когда договор страхования вступает в силу?

Основные принципы и правила функционирования договора страхования по любой из областей риска регулируются федеральным правилами страхования, а также правоприменительной методикой, предоставленной МинФином и Центральным Банком России. Данные нормативы устанавливают следующие параметры:

  • договор страхования вступает в силу только в том случае, если обе стороны соглашения обоюдно согласны с условиями отношений, закрепленными в договоре;
  • условия договора не могут противоречить федеральному законодательству;
  • условия договора страхования не могут включать в себя страховые обязательства, заведомо невыполнимые для страховщика;
  • при подписании соглашения обе стороны обязаны его исполнять в полном объеме;
  • любые крупные страховые соглашения обязаны проходить процедуру регистрации в органах федерального регулирования, т.е. в ЦБ РФ;
  • срок действия договора страхования может быть не ограничен;
  • действие договора страхования начинается с момента выдачи оформленного полиса, который предоставляется только после предоплаты.

Пролонгация договора страхования

Все типовые и индивидуальные договоры страхования можно разделить на три основных типа:

Первый вид договоров характеризуется определенным периодом своего действия. Т.е. в договоре имеется один пункт из условий, в котором четко указан временный промежуток функционирования обязательств сторон, а также сохраняются ответственность за добросовестность их исполнения. Подобные соглашения применяются в автостраховании, страховании жилого имущества, индивидуально-частной ответственности и т. д. Подобные соглашения имеют возможность возобновления, но только в рамках уже нового соглашения.

Второй вид не имеет конкретного срока своего действия, что указывается в договоре страхования. Подобные отношения лонгируются автоматически и могут быть прекращены только при заявлении одной из сторон. Примером таких отношений служат пенсионное и медицинское страхование.

Тритий вид имеет ряд сложностей в реализации, поскольку сопровождается множеством комплексных условий. Пролонгация договора страхования в таком случае может быть как обязательной, так и необязательной процедурой. В соглашении может быть указан минимальный срок, в течение которого будут действовать обязательства сторон, и они не могут быть прекращены до того момента, пока одна из сторон по объективным причинам не сможет их исполнять.

Еще одним интересным моментом является тот факт, что в подобных соглашениях период страхования может быть указан как приблизительный и подлежит продлению без изменения иных обязательств сторон до тех пор, пока не будет исчерпан риск. Также основанием для введения принципа срочности может служить одно из условий соглашения.

Подобная юридическая практика используется в нетиповых соглашениях и применяется исключительно в сложных разово-систематических условиях или выполнении работ и оказании услуг, сопровождающихся повышенным риском для окружающей среды и общества:

  • транспортировка грузов и людей;
  • частное медицинское страхование на моменты проведения сложных процедур;
  • туристическая деятельность;
  • изготовление, хранение и сбыт веществ повышенного класса опасности.

Таким образом, современное российское законодательство существенно охраняет интересы застрахованной стороны и следит за деятельностью страховщика. Подобные тонкости регулирования вызваны существенностью страхуемых рисков, а потому подлежат повышенному вниманию со стороны надзорных органов, что заметно снижает вероятность манипуляций и махинаций в этой сфере. А разграничение обязательств по срокам позволяет сохранить действенность выполнения других обязательств, прописанных в договоре страхования рисков.

Заключение договора страхования и вступление его в силу

Процедура заключения договора страхования в значительной степени зависит от того, каким образом он заключается: путем составления одного документа или путем вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса, подписанного страховщиком.

Заключение договора страхования производится на основе двух юридических актов: оферты и акцепта.

В роли оферента (т.е. лица, предлагающего заключить договор) могут выступать как страховщик, так и страхователь.

Отметим, что если договор страхования оформляется в виде страхового полиса, то в литературе высказаны разные точки зрения по поводу того, что считать офертой, а что акцептом.

Так, существует мнение, что офертой является устное или письменное заявление страхователя с просьбой застраховать определенный объект, а акцептом — вручение страховщиком страхователю страхового полиса. Другие считают, что заявление страхователя является лишь предложением к переговорам заключить договор, офертой выступает вручение страховщиком полиса, акцептом — принятие этого полиса страхователем.

Последнее мнение представляется более правильным.

В случае если договор страхования оформляется в виде единого документа, подписанного обеими сторонами, процедура заключения договора может быть несколько иной. Здесь обращение страхователя к страховой организации с просьбой застраховать тот или иной объект также не будет выполнять роль оферты, а лишь выступит в качестве предложения заключить такой договор, не связывая обязанностью его заключения ни страхователя, ни страховщика. В качестве оферты здесь выступит проект договора, подготовленный страховщиком в соответствии с предложением заявителя. Следовательно, в данном случае в роли оферента будет выступать страховщик. Акцепт страхователя выразится здесь в виде подписания им проекта договора.

Несколько иная картина будет иметь место в том случае, если предложение страховщика заключить договор страхования играет роль публичной оферты. В этой ситуации обращение страхователя заключить договор на указанных в предложении страховщика условиях выполняет функцию акцепта.

В целом же, говоря о страховщике и страхователе как оференте или акцептанте, следует учитывать, что они легко меняются местами. Скажем, если страховщик направил страхователю проект договора о страховании того или иного объекта на определенных условиях, выступив тем самым в роли оферента, а страхователь вместо подписания договора (т.е. его акцепта) выдвинул страховщику встречные предложения, то оферентом становится уже страхователь.

Таким образом, первоначальная оферта страховщика при заключении договора страхования выражается, как правило, в письменном виде (в виде проекта договора страхования либо в виде страхового полиса, вручаемого страхователю в ответ на его заявление).

Акцепт страхователем оферты страховщика может быть выражен как в письменной, так и в устной форме. При оформлении договора страхования одним документом, подписанным сторонами, роль акцепта выполняет подписание стороной проекта договора, ранее подписанного другой стороной. Считается, что при оформлении договора страховым полисом (свидетельством, сертификатом, квитанцией) акцепт страхователя выражается в принятии этих документов, т.е. акцепт не имеет письменной формы.

Однако вряд ли такое положение можно считать правильным, и в литературе высказано предложение, согласно которому страховщик в данном случае должен иметь подписанное страхователем письменное подтверждение о том, что ему страховой полис страховщиком вручен. Иначе говоря, акцепт страхователя должен быть письменным. Данное предложение вполне разумно, так как позволяет достичь большей определенности в оформлении договорных отношений. Однако все это свидетельствует о том, что механизм, заложенный ст. 940 ГК, нуждается в совершенствовании, а сама статья — в изменении.

Следует иметь в виду, что независимо от способа оформления договорных отношений (одним документом или полисом) в силу требования п. 1 ст. 432 ГК договор страхования считается заключенным, если сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Важное значение имеет установление момента заключения договора страхования, поскольку именно с этим моментом ст. 425 ГК увязывает вступление договора в силу.

Вступление договора в силу означает, что его стороны становятся носителями прав и обязанностей, предусмотренных этим договором. Иначе говоря, договор начинает действовать, его условия становятся обязательными для сторон, он порождает обязательства сторон. В результате каждая сторона, выступая в качестве кредитора, вправе требовать от другой стороны исполнения предусмотренных этим договором обязанностей, а выступая в качестве должника, обязана исполнять принятые на себя обязанности; при неисполнении договора вступает в действие механизм принудительного обеспечения этого исполнения, включая привлечение неисправного должника к установленной ответственности.

Применительно к договору страхования вступление его в силу прежде всего означает, что у страхователя возникает обязанность по уплате страховой премии, а у страховщика — по страховой выплате при наступлении страхового случая. Последнее означает возникновение страхового обязательства у страховщика.

Таким образом, по общему правилу момент заключения договора страхования, предопределяя вступление этого договора в силу, означает начало действия страховой защиты.

В соответствии со ст. 433 ГК момент заключения договора зависит от того, каким он является: консенсуальным или реальным. Консенсуальный договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 ГК), реальный — в момент передачи соответствующего имущества (п. 2 этой статьи).

Законодательство о страховании, включая гл. 48 ГК, ничего не говорит о моменте заключения договора страхования, однако содержит ст. 957 ГК, согласно которой «договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса» (п. 1).

То, что вступление договора страхования в силу обусловлено уплатой страховой премии, дает основание большинству авторов считать, что договор страхования является реальным, при этом под «передачей соответствующего имущества» понимаются деньги, передаваемые страхователем страховщику в качестве страховой премии.

Вообще-то такой вывод не является бесспорным, хотя бы по той причине, что если бы законодатель хотел однозначно предусмотреть конструкцию реального договора, то он бы в ст. 957 ГК так и написал, что «договор страхования считается заключенным (как пишется в п. 2 ст. 433 ГК) в момент уплаты страховой премии». Однако он почему-то выбрал иную формулу и написал: «Вступает в силу». «Считается заключенным» (как в ст. 433 ГК) и «вступает в силу» (как в ст. 957 ГК) — это все-таки разные юридические формулировки. Кроме того, та же ст. 957 ГК, говоря о вступлении договора страхования в силу, является диспозитивной и связывает возможность этого вступления не только с уплатой страховой премии, но и с иными обстоятельствами, которые могут быть предусмотрены сторонами.

Поскольку стороны могут оговорить, что договор страхования признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта, возникает модель консенсуального договора.

Таким образом, договор страхования в зависимости от усмотрения сторон может быть как реальным, т.е. вступающим в силу с момента уплаты страховой премии, так и консенсуальным, т.е. вступающим в силу с момента получения акцепта на оферту.

Однако — и это самое существенное в данном случае — из ст. 957 ГК вытекает, что момент заключения договора страхования (независимо от того, каким он является — реальным или консенсуальным) может не совпадать с моментом вступления его в силу. Но поскольку это явно противоречит провозглашенному ст. 957 ГК тезису «заключенный договор — это договор, вступивший в силу», то высказано предположение, что договор страхования представляет для гражданского права исключение и для него введена конструкция, которой нет ни в одном другом виде договора: заключенный, но не действующий договор.

Правда, если для разъяснения данной ситуации приходится говорить об исключениях из общего порядка, предусмотренного гражданским правом, то с равным основанием можно рассуждать и о том, что здесь имеет место конструкция, когда моментом заключения договора выступает момент вступления его в силу.

Следует также сказать, что конструкция, при которой «договор заключен, но не действует», плохо, на наш взгляд, отвечает общим принципам договорного права.

Зададим себе вопрос: в чем выражается юридическое значение такого договора? Ясно, что поскольку договор не вступил в силу, то, даже если он считается заключенным, страховщик не вправе требовать от страхователя выплаты страховой премии, а страхователь — страховой выплаты, даже если страховой случай произойдет. Страховщик не обязан соблюдать тайну страхования, страхователь не обязан информировать страховщика об изменении степени страхового риска. То есть реально такой договор как будто и не существует. Заключенный, но не действующий договор страхования, не породив никаких прав и обязанностей, не имеет ровным счетом никакого юридического значения.

Поэтому представляется, что законодатель допустил ошибку и на самом деле мы имеем дело не с юридической конструкцией «договор заключен, но не действует», а с ситуацией, когда договор заключен, действует, но срок страховой защиты смещен по отношению к моменту заключения договора. Причем этот срок может быть смещен как в будущее, так и в прошлое, о чем речь пойдет ниже.

Читайте так же:  Ходатайство о рассрочке госпошлины

Таким образом, страховой договор может иметь три модели:

1) реального договора, когда его заключение и вступление в силу обусловлены уплатой страховой премии;

2) консенсуального договора, который считается заключенным и вступает в силу с момента получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (при условии, разумеется, достижения соглашения по всем существенным условиям договора);

3) договора, который может быть как консенсуальным, так и реальным, но действие которого во времени и пространстве обусловлено определенными условиями.

Наиболее типичной моделью является реальный договор страхования. И надо сказать, что положение, согласно которому договор вступает в силу с момента уплаты страховой премии и, следовательно, с этого же момента считается заключенным, полностью соответствует экономической сути страховых отношений. Эти отношения являются эквивалентными, страховая защита страхователя осуществляется за плату по формуле «хочешь иметь страховую защиту — заплати». В равной мере страховщик в состоянии оказать страховую защиту лишь тогда, когда он будет иметь страховые резервы, которые он формирует за счет своего дохода, в том числе и страховых премий. Иначе говоря, страхование может осуществляться лишь постольку, поскольку страхователь оплатил это страхование.

Этим определяется и юридический механизм страхования, где договор страхования по общему правилу вступает в силу лишь после уплаты страховой премии. И вовсе не случайно, что модель реального договора страхования определена ст. 957 ГК в качестве основной.

В то же время договор страхования может быть и консенсуальным.

Для консенсуального договора страхования характерно то, что он вступает в силу с момента получения акцепта на оферту независимо от того, уплачена страховая премия или нет. Поэтому если страховой случай произойдет до момента уплаты страховой премии, то страховщик обязан произвести страховую выплату. Следовательно, в этой ситуации страхователь вправе требовать страховой выплаты, даже если он сам не выплатил страховой премии. Однако в этом случае страховщик имеет право зачесть сумму страховой премии или первого ее взноса, даже если срок уплаты еще не наступил. В противном случае будет нарушен принцип возмездности договора страхования (платности страхования).

Третьей моделью договора страхования является модель, когда договор заключен, частично действует, но начало действия страховой защиты, предусмотренной этим договором, определяется каким-либо обстоятельством, иным, чем уплата страховой премии, как при реальном договоре, или получением акцепта на оферту, как при консенсуальном договоре.

При этой модели срок вступления договора страхования в силу может быть увязан с какой-нибудь календарной датой (например, в договоре будет установлено, что он вступает в силу с 1 января следующего года), с наступлением какого-то обстоятельства (например, выход застрахованного морского судна за пределы акватории порта), с выполнением страхователем какого-либо действия (например, представление страхователем необходимых документов) и т.п.

При всех способах заключения договора страхования для того, чтобы он считался заключенным, необходимо:

во-первых, получение акцепта на оферту в установленном ГК порядке;

во-вторых, достижение соглашения страхователя со страховщиком по всем существенным условиям договора страхования;

в-третьих, заключение договора в письменной форме, а именно либо в виде одного документа, подписанного сторонами, либо в виде страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции);

в-четвертых, если договором не предусмотрено иное, наличие уплаченной страховой премии или первого ее взноса.

Следует различать понятия «действие договора» и «действие страхования», предусмотренного этим договором. Отметим, что действие страхования, по нашей терминологии, означает действие страховой защиты.

Действие страхования заключается в возникновении у страховщика обязанности по осуществлению страховой выплаты при наступлении страхового случая.

В связи с этим следует сказать, что по общему правилу действие страхования возникает с момента вступления договора страхования в силу. Скажем, стороны определили, что договор вступает в силу с момента заключения договора. С этого же момента начинает течь и срок страховой защиты, или, как говорится в п. 2 ст. 957 ГК, «срок начала действия страхования».

Однако стороны вправе сместить период действия страховой защиты по отношению к периоду действия самого договора страхования. В том числе предусмотреть иной «срок начала действия страхования» по отношению к моменту заключения договора и вступления его в силу. В частности, установив дату, более позднюю по отношению к моменту заключения договора. Например, стороны договорились, что сам договор страхования вступает в силу с 1 декабря, но срок начала действия страхования начинается с 1 января. В этой ситуации в период с 1 по 31 декабря договор действует в отношении лишь тех его условий, которые непосредственно не связаны со страховым случаем и реализацией обязанностей сторон, связанных с этим случаем. Скажем, страхователь в этот период обязан, если это предусмотрено договором, произвести выплату очередного страхового взноса, проинформировать страховщика об увеличении страхового риска и т.п. И если, скажем, страхователь не внесет к установленному сроку страховой взнос, то страховщик вправе (если договором не предусмотрено иное) требовать уплаты этого взноса. Однако если в этот период произойдет страховой случай, он не породит у страхователя обязанности известить страховщика об этом случае, а у страховщика — обязанности по страховой выплате. С 1 января начнет действовать страховая защита, предусмотренная этим договором, т.е. он будет работать в полном своем объеме.

Другой пример. Договор страхования речного судна заключен сроком на пять лет, однако этим договором предусмотрено, что его действие распространяется лишь на период летней навигации, которая ежегодно начинается с 1 мая и завершается 31 октября. Таким образом, если с данным судном произойдет происшествие, хотя и предусмотренное договором страхования в качестве страхового случая, но в период до 1 мая или после 31 октября, то страховщик не несет ответственности перед страхователем, несмотря на то что договор остается действующим.

Срок действия договора страхования может распространяться на совершение одной хозяйственной операции (например, при страховании грузов) или соответствовать той продолжительности времени, в течение которого действует то рисковое обстоятельство, на случай которого осуществляется само страхование. Так, договор страхования залогового имущества (ст. 343 ГК) действует в течение времени действия договора о залоге, обязательное страхование пассажиров продолжается в течение времени поездки — с момента посадки в транспортное средство и до выхода из него после окончания поездки.

В принципе это довольно обычная практика для страхового дела.

Однако здесь возникает вопрос: могут ли стороны охватить действием договора страхования период, предшествующий заключению этого договора? В практике страхового дела такое страхование называется страхованием на прошлое время. Ранее действовавший Закон «О страховании» был на этот счет категоричен и признавал такие договоры недействительными (п. 2 ст. 24). То есть строго проводился общий принцип, согласно которому событие, предусмотренное в договоре страхования в качестве страхового случая, должно относиться к будущему времени по отношению к моменту заключения этого договора. Сейчас данное положение Закона признано утратившим силу.

Сам ГК о возможности распространения страхования на период времени, предшествующий заключению договора страхования, не содержит никакого прямого указания. Однако совершенно очевидно, что заключение договора по поводу страховых случаев, которые уже произошли, не отвечает самой сущности страхования.

Исключение могут составлять ситуации, когда стороны устанавливают срок начала действия страхования, предшествующий сроку вступления договора в силу, не зная о том, имел ли место страховой случай или нет. Это называется быть в состоянии добросовестного неведения. Здесь действительно будет иметь место «страхование на прошлое время», но с обязательным условием: стороны не знают и не должны знать, имел ли место страховой случай в этом прошлом времени. По поводу такого страхования В.И. Серебровский писал: «Этот вид страхования возник и получил свое развитие впервые в морском страховании, где по условиям морского транспорта, при заключении страхования сторонам часто бывает неизвестна судьба страхуемого груза или судна, находящегося в пути. Впоследствии страхование на прошлое время было распространено и на некоторые другие виды страховых операций, при которых сторонам также может быть неизвестна судьба страхуемого имущества или нет сведений, произошло ли в пределах обусловленного времени событие, являющееся основанием ответственности (транспортное страхование, гражданской ответственности, кредита и некоторых других)».

Если о том, что страховой случай уже произошел, знал страхователь, но не знал страховщик, то будет иметь место сделка, совершенная под влиянием обмана со всеми вытекающими отсюда последствиями (ст. 179 ГК).

Окончание срока действия договора страхования влечет прекращение страховой защиты, осуществляемой в соответствии с этим договором.

Обычно конечный срок действия договора страхования определяется в договоре в виде определенной календарной даты.

Окончание срока действия договора как основание прекращения периода действия страховой защиты не следует путать с событием в виде «дожития застрахованного до окончания срока страхования», нередко используемого в договорах страхования жизни в качестве страхового случая. Например, гражданин застраховал свою жизнь сроком на 20 лет, выплачивая в течение этого срока страховщику страховые взносы, с условием, что по истечении данного срока страховщик будет выплачивать ему страховую сумму ежемесячными платежами до самой смерти. Обозначение страхового случая формулой «окончание срока страхования» является ошибочным. Если застрахованный проживет указанные 20 лет, то истечение этого срока не только не будет означать окончание срока страхования, а, напротив, продлит как срок действия самого страхования, так и срок действия договора до смерти застрахованного.

Применительно к действию договора в страховой практике встречается еще понятие «территория страхования».

Под территорией страхования понимается зона, на которую распространяется страховая защита страховщика по данному договору страхования.

Территория страхования имеет значение при страховании движимых объектов (людей, транспортных средств, грузов) в случае их перемещения и перевозки.

По общему правилу территория страхования совпадает с территорией Российской Федерации. Это означает, что если, например, застрахован автомобиль, то в каком бы месте территории России не случилось автотранспортное происшествие, страховщик обязан выплатить страховое возмещение.

Но возможна и такая ситуация, когда территория страхования не совпадает с территориальным пространством государства. Причем это может выразиться двояким образом: либо территория страхования охватывает лишь определенные участки территории России (например, страхование распространяется на территорию определенного субъекта Федерации), либо, наоборот, страховая защита распространяется за пределы территории России, т.е. территория страхования шире территории государства. Территория страхования обычно определяется договором страхования либо законом, регулирующим обязательное страхование.

В тех случаях, когда территория страхования не совпадает с территорией государства, это должно быть либо определено в договоре, либо вытекать из характера объекта страхования.

Например, если страхуется воздушное судно, обслуживающее международные рейсы, предполагается, что страховщик будет обязан выплатить страховое возмещение и в том случае, если этот авиалайнер потерпит аварию где-то за границей.

В некоторых случаях территория страхования совпадает с маршрутом движения транспортного средства. Обычно это касается воздушных и морских перевозок, где договором специально оговаривается, что в случае преднамеренного уклонения судна от заранее согласованного курса страховщик не несет ответственности за последствия страхового случая, который произошел на участке отклонения.

В практике страхования при определении территории страхования может применяться метод исключения. Например, в договоре оговаривается формула «страхование везде, кроме таких-то и таких-то регионов или стран». Обычно это касается районов с повышенной степенью страхового риска (районов военных действий, народных волнений, гражданской войны и т.п.).

В любом случае важно, чтобы и страховщик, и страхователь предельно четко согласовывали вопрос о территории страхования, поскольку этот момент имеет важное правоустанавливающее значение и должен устранять всевозможные недоразумения и разногласия.

При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (п. 1 ст. 944 ГК).

Интересно отметить, что ГК применительно к обстоятельствам, имеющим существенное значение, о которых страхователь обязан информировать страховщика, и последствиям неисполнения этой обязанности почти дословно воспроизводит положения ГК РСФСР 1922 г. Гражданский кодекс РСФСР 1964 г. таких положений не содержал.

Читайте так же:  Адвокат пермь цена

Обстоятельствами, имеющими существенное значение для определения страхового риска, принято считать те обстоятельства, которые могут повлиять на решение страховщика заключить договор страхования или нет и на каких условиях.

Статья 944 ГК, устанавливая данную обязанность страхователя, направлена в первую очередь на защиту интересов страховщика.

Дело в том, что договоры страхования относятся к сделкам, где более всех информирован о предмете страхования (например, о страхуемом строении, о состоянии своего здоровья при личном страховании) сам страхователь. Некоторые авторы даже относят договор страхования к так называемым фидуциарным договорам. Так, Ю.Ф. Фогельсон считает: «. в страховании простой добросовестности недостаточно. Требования, которые предъявляют друг другу участники этих взаимоотношений, носят. название uberrimas fides — наивысшее доверие».

Вряд ли можно согласиться с тем, что страховые отношения являются фидуциарными (личностно-доверительными). И следует отличать принцип наивысшего доверия от принципа наивысшей добросовестности, который реально закрепляется страховым законодательством.

Разъясняя принцип наивысшей добросовестности, Дэвид Бланд пишет: «Все деловые операции должны производиться с соблюдением принципа добросовестности, иными словами, не должно быть ни обмана, ни намерения обмануть. Страховые операции отличаются от остальных тем, что только один человек знает все относительно той «вещи», которая страхуется. Этот человек просит застраховать что-то и его обязанность сообщить обо всех фактах страховщику. Принцип, который должен соблюдаться при процедуре страхования, — это принцип высшей добросовестности и поэтому даже об изъянах страхуемого предмета необходимо сообщить страховщику».

В самом общем виде принцип высшей добросовестности означает, что страхователь должен относиться к объекту страхования так, как если бы он не был застрахован. Что же касается информации, которую страхователь должен сообщить страховщику в процессе заключения договора, то данный принцип обязывает его сообщить все, что ему известно или должно быть известно, но неизвестно и не должно быть известно страховщику, обо всех существенных обстоятельствах, влияющих на степень страхового риска.

Прежде всего выясним правовые истоки данной обязанности.

Поскольку договор страхования еще не заключен и, естественно, не вступил в силу, эта обязанность не носит характер договорной обязанности. Эта обязанность вытекает непосредственно из закона (конкретнее ст. 944 ГК). Однако если лицо, желающее заключить договор страхования, не исполнит данной обязанности, то страховщик вправе либо отказаться от заключения договора (даже если договор носит публичный характер), либо, если договор будет заключен и этот факт выяснится позже, использовать данное обстоятельство для защиты своих интересов. В результате обязанность страхователя при заключении договора (преддоговорная обязанность) оказывает влияние на договорное обязательство страховщика.

В литературе высказано мнение, что данная статья конкретизирует норму п. 1 ст. 942 ГК о существенных условиях договора страхования.

Вряд ли с этим можно согласиться. Статья 942 ГК имеет в виду существенные условия договора страхования, по которым стороны должны достичь соглашения. Что же касается ст. 944 ГК, то она говорит об обстоятельствах, имеющих существенное значение для оценки страхового риска. Следовательно, понятие «существенное» в данном случае относится к разным вещам. Статья 944 ГК устанавливает обязанность страхователя по предоставлению страховщику информации, необходимой последнему для решения вопроса о степени риска, который ему предлагается застраховать. Такая информация необходима страховщику для оценки этого риска и решения вопроса, заключать или не заключать данный договор, а если заключать, то на каких условиях. Представление такой информации не является ни офертой, ни акцептом. В равной мере представление этой информации не есть акт достижения соглашения сторон по поводу тех условий, которые являются существенными для договора страхования, а есть акт исполнения страхователем требования закона. Представление данной информации необходимо для того, чтобы страховщик смог сформировать свои собственные представления о страховом риске и условиях его страхования. На основе этих представлений страховщик будет вырабатывать совместно со страхователем условия будущего договора страхования. Следовательно, ст. 944 ГК посвящена не самим существенным условиям договора страхования, а лишь получению той информации, на основе которой страховщик вырабатывает свои представления о страховом риске и условиях его страхования.

Характеризуя данную обязанность страхователя, можно отметить следующее.

Во-первых, на страхователя возлагается обязанность сообщать страховщику обстоятельства, имеющие существенное значение, применительно к двум факторам: 1) вероятности наступления страхового случая; 2) размеру возможных убытков от наступления страхового случая. Обязанности представления сведений, относящихся к каким-либо другим элементам и условиям страхования, ст. 944 ГК не устанавливает.

Здесь следует иметь в виду следующее. В принципе в вопросах среднестатистической вероятности наступления страхового случая страховщик, будучи профессионалом, должен ориентироваться лучше, чем страхователь, всегда являющийся дилетантом в области страхового дела. Кроме того, страховой случай при рисковых видах страхования — это в общем-то непредсказуемое явление. Речь, следовательно, идет об индивидуальных особенностях объекта страхования, которые могут влиять на степень страхового риска. Скажем, дом, расположенный в пойме реки, всегда имеет больше шансов быть затопленным, нежели дом, стоящий на бугре. И если страховщик знает, где расположен дом, ему легче ориентироваться в том, какой опасности в случае наводнения этот дом будет подвергнут.

Поскольку в ст. 944 ГК речь идет об убытках, причиненных страховым случаем, создается впечатление, что предусмотренные ею обязанности относятся лишь к имущественному страхованию. Но следует полагать, что это не так, и ст. 944 ГК охватывает собой и личное страхование.

Во-вторых, страхователь обязан представлять страхователю лишь те сведения, которые ему известны. Причем эти сведения могут касаться не только периода, относящегося к прошлому или существующего в момент заключения договора, но и периода, относящегося к будущему. Например, страховщик может запросить у страхователя, как часто он намерен пользоваться автомобилем, который он собирается страховать. Если обстоятельства, имеющие существенное значение для оценки страхового риска, стали известны страхователю после заключения договора, то применяются правила ст. 959 ГК, посвященной последствиям увеличения страхового риска в период действия договора страхования.

В то же время страхователю не может быть вменено в вину несообщение тех сведений, о которых он должен был знать, но не знал в силу тех или иных причин. То есть информированность страхователя имеет в данном случае субъективный, но не объективный характер. Кстати, этим ГК РФ отличается от зарубежного понимания принципа наивысшей добросовестности, в соответствии с которым страхователь обязан сообщать не только те сведения, которые ему известны, но и сведения, которые ему должны быть известны.

В-третьих, страхователь не обязан информировать о тех обстоятельствах, которые известны или должны быть известны самому страховщику.

В-четвертых, п. 2 данной статьи предусматривает, что если договор страхования заключен при отсутствии ответа страхователя на какие-либо вопросы страховщика, последний не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены ему страхователем.

В связи с этим следует сказать, что среди практических работников существует мнение (и оно порой реализуется в правилах страхования, применяемых некоторыми страховыми организациями), согласно которому страховщик вправе включить в договор возможность отказа в страховой выплате в случае, если страхователь не ответил на запрос страховщика (даже несмотря на то, что договор был заключен без этих ответов).

С данным мнением согласиться нельзя, поскольку это означало бы обход предписания, установленного п. 2 ст. 944 ГК. Предусмотренное этим пунктом правило вытекает из общего принципа гражданского законодательства, согласно которому заключенный договор подлежит исполнению. Если страховщик заключил договор при отсутствии ответов страхователя на запросы этого страховщика, то все неблагоприятные последствия этого обстоятельства должен нести сам страховщик. При этом закон исходит из презумпции, что волеизъявление страховщика, выразившееся при заключении договора страхования, соответствует действительной воле этого страховщика. И п. 2 указанной статьи, говоря о том, что страховщик в этой ситуации лишается права требовать расторжения договора или признания его недействительным, имеет в виду не сохранение договора как некой юридической абстракции, а наличие обязанности страховщика исполнить этот договор, т.е. произвести страховую выплату при наступлении страхового случая. Если же договорная конструкция будет построена таким образом, что в силу требования п. 2 ст. 944 ГК страховщик не вправе расторгнуть договор или признать его недействительным, но в то же время в силу самого договора освобождается от производства страховой выплаты, то данный договор превращается в фикцию, а п. 2 ст. 944 ГК — в пустой звук.

Статья 944 ГК говорит о двух видах обстоятельств, имеющих существенное значение, о которых страхователь обязан сообщить страховщику:

1) обстоятельства, которые существенны сами по себе;

2) обстоятельства, которые существенны потому, что представления сведений о них требует страховщик (или, как сказано в ГК, «обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страховом полисе) или в его письменном запросе»).

Представление сведений по запросу страховщика не освобождает страхователя от представления сведений об обстоятельствах, которые существенны сами по себе и которые не содержатся в запросе страховщика.

Пункт 3 ст. 944 ГК предусматривает, что если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об указанных обстоятельствах, то страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК.

Понятие «сообщение заведомо ложных сведений» означает умышленное введение страховщика в заблуждение путем представления ему информации, не соответствующей действительной как в части отсутствия или наличия определенных обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков, так и в части их реального состояния.

Например, при страховании автотранспортного средства страхователь на вопрос страховщика, имеет ли он удостоверение водителя (водительские права), ответил утвердительно, хотя на самом деле этого удостоверения у него нет; на вопрос, привлекался ли он к ответственности за нарушение правил дорожного движения за последние пять лет, ответил отрицательно, хотя на самом деле привлекался и неоднократно. Здесь страхователь вводит страховщика в заблуждение относительно наличия или отсутствия определенных фактов. Но если на вопрос о своем водительском стаже страхователь ответил, что он равен 10 годам, хотя на самом деле этот стаж равен всего лишь одному году, то имеет место умышленное искажение действительного состояния дел.

В соответствии со ст. 179 ГК такой договор страхования признается «сделкой, совершенной под влиянием обмана». Данная сделка относится к разряду оспоримых, т.е. она признается недействительной в силу ее признания таковой судом (ст. 166 ГК). Доказывание умысла страхователя в виде сообщения им заведомо ложных сведений лежит на страховщике. Последствием признания такого договора недействительным в силу того, что он является «сделкой, совершенной под влиянием обмана со стороны страхователя», выступает односторонняя реституция, т.е. страховая выплата подлежат возврату страховщику. Отметим, что обычно вопрос о признании такого договора недействительным страховщик возбуждает до производства страховой выплаты и удовлетворение иска страховщика практически означает освобождение его от обязательства по этой выплате. Кроме того, страховщик вправе требовать возмещения реального ущерба, причиненного в результате признания данного договора недействительным. Этот ущерб обычно выражается в тех затратах, которые понес страховщик в процессе обслуживания данного договора. Страховая же премия обращается в доход Российской Федерации (п. 2 ст. 179 ГК).

Требовать признания договора недействительным страховщик может как до, так и после наступления страхового случая.

Пункт 3 ст. 944 ГК предусматривает, что страховщик не вправе требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали. Например, страхуя воздушное судно (самолет), страхователь не сообщил страховщику, что двигатели самолета уже отработали свой ресурс. Однако к моменту, когда это стало известно страховщику, двигатели были заменены на новые. В этих условиях страховщик не вправе требовать признания договора недействительным.

Однако обращает на себя внимание, что в данном случае закон говорит лишь о той форме умышленного введения страховщика в заблуждение, которая выразилась в умолчании страхователя, т.е. в его бездействии. Поэтому если обман страхователя выразился в сообщении заведомо ложных сведений, т.е. имел форму действия страхователя, то норма, предусмотренная п. 3 ст. 944 ГК, отказывающая страховщику в праве требовать признания договора недействительным, не применяется. Так, если страхователь, страхуя воздушное судно, в ответ на запрос страховщика об отработанном ресурсе двигателей указал заниженные сведения, то страховщик имеет право требовать признания договора страхования недействительным, несмотря на то что к моменту, когда этот страховщик узнал, что его неправильно информировали, двигатели были заменены на новые.

Читайте так же:  Образец заявления по замене ву

Следует также иметь в виду, что признание договора недействительным по основаниям, предусмотренным п. 3 ст. 944 ГК, является правом страховщика, но не его обязанностью.

Завершая рассмотрение данного вопроса, отметим, что может возникнуть ситуация, когда страхователь сообщил страховщику неправильные сведения относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для страхования не по умыслу, а в силу собственного заблуждения. В результате, заблуждаясь сам, он ввел в заблуждение и страховщика. В этом случае страховщик может воспользоваться ст. 178 ГК, предусматривающей возможность признания договора недействительным в силу того, что он заключен страховщиком под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. Признание договора недействительным производится судом по иску страховщика. В этом случае каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по договору: страховщик возвращает страхователю страховую премию, а страхователь — полученную от страховщика страховую выплату (п. 2 ст. 167 ГК). Кроме того, страховщик вправе требовать от страхователя возмещения причиненного ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине страхователя. Если это не будет доказано, страховщик обязан возместить страхователю по его требованию причиненный ему реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от страховщика (п. 2 ст. 178 ГК).

Пункт 1 ст. 944 ГК устанавливает обязанность страхователя сообщить страховщику обстоятельства, имеющие существенное значение; п. 3 этой статьи говорит о последствиях сообщения страховщику заведомо ложных сведений об этих обстоятельствах. В связи с этим возникает вопрос: какие же будут последствия непредставления (несообщения) сведений об указанных обстоятельствах, в том числе о тех из них, которые существенны сами по себе и о которых страхователь обязан сообщать страховщику без его запроса?

Статья 944 ГК, установив данную обязанность страхователя, последствий ее неисполнения не предусматривает. Во всяком случае, прямого ответа на этот вопрос она не содержит. Однако п. 2 данной статьи не предоставляет страховщику права требовать расторжения договора либо признания его недействительным лишь в том случае, если страхователь не представил сведений, определенно оговоренных страховщиком в стандартной форме договора или в его письменном запросе. Из этого можно сделать вывод, что при непредставлении страхователем сведений, хотя и не запрошенных страховщиком, но являющихся существенными самими по себе, страховщик таким правом, напротив, обладать будет.

Подводя итог рассмотрению института, установленного ст. 944 ГК, можно, по нашему мнению, прийти к выводу, что данная статья является одной из самых неудачных в гл. 48 Гражданского кодекса.

Во-первых, она плохо выстроена с редакционной точки зрения. Так, п. 1, установив обязанность страхователя сообщить страховщику об обстоятельствах, имеющих существенное значение для страхования, четко и ясно не оговорил последствия этого непредставления. Пункт 3, оговорив последствия сообщения страхователем страховщику заведомо ложных сведений в виде признания договора недействительным, ни с того ни с сего абзацем вторым этого пункта устанавливает, что этот договор нельзя признать недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали. Совершенно очевидно, что «сообщил» и «умолчал» — это совершенно разные вещи.

Во-вторых, статья возлагает на страхователя крайне неопределенные и труднореализуемые обязанности. Так, ему вменяется в обязанность сообщить обстоятельства, если они не известны и не должны быть известны страховщику. Спрашивается, откуда страхователь может знать, что фактически известно или что должно быть известно страховщику? Получается, для того, чтобы выполнить эту обязанность, страхователь должен предварительно изучить и оценить уровень компетентности и информированности страховщика, без чего этот страхователь не сможет определить объем своих информационных обязанностей перед ним. Совершенно очевидно, что для страхователя эта задача явно непосильная.

Далее. На страхователя возлагается обязанность сообщить страховщику об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков. Причем эта обязанность должна быть выполнена помимо запроса со стороны самого страховщика. В результате на страхователя возлагается задача определить, какие обстоятельства имеют значение для страхования, и выбрать из них те, которые имеют существенное значение. Но как может лицо, не являющееся, заметим, специалистом в области страхования, определить, какие обстоятельства имеют значение и притом какие из них являются существенными, а какие несущественными?! И что вообще значит «существенное»? Никаких разъяснений по данному поводу закон не дает.

И последнее. Вряд ли найдется много страхователей, которым известно, что на них ст. 944 ГК возлагается данная обязанность (и что такая статья вообще есть на свете). Подавляющее большинство нормальных людей не изучают, прежде чем застраховаться, страховое законодательство. Но если кто-то и пожелает сделать это, то наверняка, так ничего и не поняв в этой статье, сделает для себя вывод, что лучше с таким страхованием вообще не связываться. А те, кто будет страховаться, не заглянув в Кодекс, в лучшем случае будут добросовестно отвечать лишь на вопросы страховщика, не подозревая даже о том, что обязаны еще о чем-то его информировать самостоятельно.

В результате, чтобы выполнить данную обязанность, страхователь должен: 1) путем изучения Гражданского кодекса узнать, что он является носителем данной обязанности; 2) разобраться в том, какие известные ему обстоятельства имеют значение для страхования, а какие нет; 3) определить, какие из этих обстоятельств являются существенными, а какие нет. И это при условии, что в законе на этот счет отсутствуют какие-либо указания или разъяснения; 4) выяснить, знает или не знает об этих обстоятельствах страховщик; 5) если страховщик не знает, то установить, должен он об этом знать или не должен. После этого направить соответствующую информацию страховщику, дабы избежать в последующем обвинения в невыполнении данной обязанности, что грозит ему расторжением или признанием договора недействительным в самый ответственный момент — когда произойдет страховой случай и возникнет вопрос о страховой выплате. В итоге вся эта, с позволения сказать, обязанность представляет для страхователя неразрешимый ребус, очень напоминающий известную формулу русских народных сказок, когда надо «пойти туда, не знаю куда, и принести то, не знаю что», причем, опять-таки в мотиве этих сказок, куда бы ты ни пошел — добром дело не кончится.

А не кончится добром потому, что в силу неконкретности, запутанности и практической невыполнимости данной обязанности страховщик всегда найдет повод, чтобы обвинить страхователя в несообщении ему неких сведений, являющихся «самыми существенными» для данного договора страхования. Причем при личном страховании эти обвинения могут быть адресованы гражданину, которого нет в живых и который, следовательно, не сможет от них защититься.

В результате страхователь, наивно полагая, что застраховал какой-то свой риск и тем самым обеспечил свое будущее, сам того не ведая, приобретет еще больший риск в виде неисполнения договора страхования, который при данных обстоятельствах очень легко превращается в фикцию.

Кстати говоря, институт существенных обстоятельств подвергается критике и за рубежом. Так, Дэвид Бланд пишет: «Обычно страховщик спрашивает страхователя, существует ли какая-нибудь еще информация, относящаяся к делу, которая специально не запрашивалась. Это очень трудная область права, и она может быть вскоре пересмотрена, так как общества потребителей и Европейский союз заинтересованы в этой проблеме. Дело в том, что если страхователь скроет существенные факты, страховщики могут отказать в выплате».

Как уже отмечалось, положения об обстоятельствах, имеющих существенное значение являются почти дословным воспроизведением ст. ст. 382 и 383 ГК РСФСР 1922 г. Однако они уже и тогда вызывали критику. Так, В.И. Серебровский считал, что к существенным можно относить лишь те обстоятельства, о которых страховщик запросил страхователя, поскольку определение объема опасности устанавливается в его интересах. Если страховщик упустил какой-либо вопрос, касающийся обстоятельства, могущего иметь для него значение, то умолчание страхователя об этом обстоятельстве не может служить основанием для расторжения договора.

Представляется, что такой подход является наиболее правильным и было бы целесообразно внести соответствующие изменения в Гражданский кодекс. Разумной была и норма ст. 383 ГК РСФСР 1922 г., которая предусматривала, что если обстоятельство, существенное для определения страхового риска, не соответствует заявлениям страхователя и это обстоятельство стало известно страховщику до наступления страхового случая, то он может предъявить требование о признании договора недействительным не позже двухнедельного срока. В противном случае он лишается права требовать признания договора недействительным.

К ст. 944 ГК примыкает ст. 945, именуемая «Право страховщика на оценку страхового риска».

В соответствии с этой статьей страховщик при заключении договора имущественного страхования вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости. При заключении же договора личного страхования он вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Оценка страхового риска имеет для страховщика значение для решения вопроса, заключать или не заключать договор, а если заключать — то каков должен быть размер платы за страхование, поскольку чем выше степень страхового риска, тем дороже страховая защита.

Обращает на себя внимание некоторое несоответствие между названием и содержанием статьи: в содержании говорится об обследовании страховщиком предмета страхования, причем если речь идет об имуществе — лишь для определения его действительной стоимости, а если речь идет о застрахованном лице — лишь для оценки фактического состояния его здоровья. В названии же говорится об оценке страхового риска. Категории «страховой риск» и «предмет страхования» — достаточно различные категории страхового права.

Что же касается сути дела, то страховщик безусловно должен иметь право обследовать предмет страхования для выявления всех имеющих существенное значение обстоятельств, причем не только в части страхового риска, но и любых других. Так, не вызывает сомнения, что страховщик имеет право обследовать, скажем, страхуемый груз не только с точки зрения определения его действительной стоимости, как это предписывает ст. 945 ГК, но и на предмет других обстоятельств. Например, надежности его крепления (это связано с вероятностью наступления страхового случая), соответствия количества отправляемых мест данным, указанным в заявлении страхователя и в грузовой накладной (это связано с предметом страхования), определения принадлежности груза для выяснения наличия у страхователя интереса в сохранении застрахованного имущества (это относится к объекту страхования) и т.д.

Поэтому ст. 945 ГК следует, по нашему мнению, толковать расширительно в том смысле, что страховщик имеет право проводить обследование любых обстоятельств, не только оказывающих существенное влияние на степень страхового риска, но и вообще относящихся к существенным условиям договора страхования.

Анализируя данное правомочие страховщика, следует сказать, что оно, как и его право на получение от страхователя сведений относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для определения страхового риска, о котором шла речь выше, не порождено договором, а вытекает непосредственно из закона.

Разумеется, страховщик может осуществить данное обследование лишь с согласия страхователя. Если он по каким-то причинам не разрешит страховщику осуществить это обследование (например, застрахованное лицо откажется пройти медицинское обследование для оценки фактического состояния его здоровья), то страховщик вправе отказаться от заключения договора.

Поэтому право страховщика на обследование предмета страхования, не сопровождаемое встречной обязанностью страхователя, с юридической точки зрения не выступает правомочием, исполнение которого обеспечивается принудительной силой. И правильнее было бы вести речь о том, что если страхователь желает осуществить страхование, то он должен предоставить возможность страховщику произвести оценку страхового риска.

В соответствии с п. 3 указанной статьи результаты оценки страхового риска страховщиком не обязательны для страхователя, который вправе доказывать иное. Следовательно, данный спор может быть предметом судебного разбирательства по инициативе страхователя.

Осуществление страховщиком самостоятельной оценки страхового риска не освобождает страхователя от предусмотренной ст. 944 ГК обязанности сообщить страховщику об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения страхового риска.